на базе мак-мердо
1.
на базе Мак-Мердо творятся ужасные вещи
четвертые сутки на наших людей нападают
центаврианские клещи
в неравной борьбе в ход идут винчестеры и огнеметы
но все равно есть ужасное чувство
что скоро сожрут кого-то
вот, клещи проникли сквозь вентиляцию прямо на базу
они превратились в людей и распространяют заразу
лишь пара минут и потом отличить от людей невозможно
для этого нужен специальный анализ
который в условиях базы проводится долго и сложно
и в комнате отдыха, в кухне, на складе — кровавая бойня
(а Клэр, ведь, беременна
у нее через месяц родится двойня)
вот, съедены Дэйнс и Карпентер, Каменский, МакМерфи и Галис
еще полчаса и случится все то
чего все мы
боялись
2.
в живых-то остались
лишь я и компьютерщик Джонсон Мерзоев
и точно, что кто-то из нас — эта тварь
и теперь либо он, либо я
нас, ведь, только осталось тут двое
ну, может быть, выжила Клэр
но, скорее всего, в ней уже поселились клещи
пора мне валить
я иду упаковывать вещи
3.
но
нет
мы не можем вернуться домой
взяв клещей и заразу с собою
уж лучше сожгу вертолет
разобью батареи
умрем как герои
4.
все это
какой-то ледовый кошмар
и мне кажется, это лишь снится
но даже во сне я не должен
позволить чудовищу где-нибудь затаиться
я бегаю как сумасшедший
по модулям опустевшим
чтобы покончить во льдах навсегда
с этим диким кошмаром, сотрудников съевшим
и я ничего не боюсь, и готов отказаться от жизни
и я — не оно
и меня укрепляют подобные мысли
тогда остается Мерзоева только прикончить без всяких там слов, разговоров
но это достаточно сложно
поскольку Мерзоев огромный как боров
вот, впрочем, Мерзоев умчался во мглу, и, наверное, сгинул
взорву-ка я базу, пойду устанавливать в залах фугасные мины
5.
сквозь мутную мглу возвращается Клэр
вся в снегу и размахивает револьвером
а сбоку — замерзший Мерзоев
вопрос: кто быстрее умрет в нелюбовном таком треугольнике первым?
но холод сковал наши нервы
и Клэр оказалась не стервой
сказала: куда нам тут деться?
пожалуй, нам стоит сперва хоть немного согреться
и вот над костром склоняются три изможденных, седых человека
пытаясь согреться
герои и жертвы безумной легенды 20-го века
6.
и мы прижимается крепко друг к другу, держа наголо револьверы
похоже, сегодняшний день был последним для нашей полярной карьеры
сидим и молчим, и пускаем по кругу большую бутылку
и даже уже как-то нежно сильней и сильней прижимается
жмемся затылок к затылку
проходит двенадцать часов
и я чувствую, что забываю про кровь, про ужасную вьюгу
и вижу:
босая девчонка несется навстречу по мокрому лугу
— ты помнишь ли, Кристел, по сколько нам было
когда мы влюбились
друг в друга?
она улыбается
— и что же мы после не поженились?
— не знаю
но, веришь, пойдем под венец в середине веселого мая
когда махаоны несутся по полю под солнцем играя
когда на болотах в прозрачной воде веселятся носатые птицы
и днем засыпаешь в траве
а потом что-то ночью все как-то не спится
поженимся, сразу взлетим, понесемся навстречу закату
смеясь и играя, и глядя на белую вату
больших облаков, на каньоны, леса и вершины
внизу пробегают дома, и закусочные, бензоколонки, газонокосилки, машины
7
и
лед
и на льду в темноте
разбегаются в шубах мужчины
и вспышки, и взрывы, и кто-то безвольно повис из кабины
и утро
и утром
какая-то женщина в грязном снегу собирает горелые вещи
и возле нее в неестественных позах застыли полярники, звездные клещи
и женщина вся расстегнулась
и крутится как больная
и разом смеется и плачет
и шепчет кому-то:
— не знаю, не знаю