одна ночь в копенгагене
в 90-м году
в Копенгагене
великий русский
писатель напивался в китайском баре
и в тяжелом пьяном угаре
захотел начистить клюв какому-то шведу
говорил, что тот — кгбешник
говорил: получит сейчас в лобешник
абсолютно напился
великий гений
вот, мы вышли
он зачем-то полез на купол
кафедрального копенгагенского собора
мы ему говорили: Андрей, не надо
но Андрей добрался до самого верха
говорил, что все люди
похожи на кукол
а потом на животе понемногу съехал
обратно
а внизу уже поджидала дежурная полицейская машина
и двое недружественных полицейских
женщина и мужчина
но
он
не смутился
так спокойно на животе спустился
с купола
подошел
кивнул
деловито ногой попинал их шины
и потом всем телом лег на белоснежный капот машины
а потом поднялся
и остались черные полосы на белой эмали
и мы видели судороги на лицах полицейских
очевидно, что теперь делать
они не знали
уехали
Андрей лег в такси
и отправляясь домой
нас настойчиво и радушно к себе пригласил
и еще усиленно меня попросил
поехать с Сашей на его мопеде
а то, сказал, он музыкант, органист, и как хорошо напьется
так с этого мопеда обязательно навернется
и мы неслись с музыкантом по скользкой брусчатке
центральных улиц
качаясь туда-сюда
и по дороге, конечно же, навернулись
добрались
но Андрей заснул у дверей на полу в прихожей
мы звонили, звонили
остались на улице
Саша сказал: он за это получит у нас по роже
сказал: Андрея я не первый год знаю
он уже никогда практически не проснется
то есть, скорее всего, послезавтра только проснется
ну, все, короче, кажется, эта ночь вся наша
получай удовольствие -
покачиваясь и икая, сказал мне Саша
а там у сосисочного ларька кормился один папаша
я рассказал ему про Горбачева, вывод войск из Германии и немецкие деньги
он нам дал отхлебнуть
и устроил истерику
кричал: я боксер
я все это ненавижу
опять эти грязные деньги
и плевался
и ругал Германию и Америку
ну, а мы уже были в стельку
потом мы что-то совсем устали
и мопед мы где-то оставили
точнее говоря, потеряли
остановились для отдыха в каком-то сквере
а дальше я все как-то особенно ярко помню
там были подростки
мальчик и девочка там сидели
и Саша вдруг расстроился из-за мопеда
нагнулся к земле, и жить ему не хотелось
говорил: жизнь прошла, и куда все делось?
слишком поздно, да, слишком поздно
я его успокаивал: ты же мужчина
успокойся
и, пожалуйста, не рыдай
а девчонка узнала
что мы настоящие русские люди
и спросила Сашу, как это будет
по-русски — jeg elsker dig*
тут он вдруг стал трезвым, серьезным
поправил одежду
рубашкой как следует вытер слезы
и сказал:
я
люблю
тебя
парень ее неистово рассмеялся
а вокруг, благоухая, цвели какие-то розы
скоро я заснул
(потом Саша сказал, что я потерял сознание)
в эту ночь
я первый раз в Дании
так набрался