жених
шорох высохших трав напоминает о летних днях
от ненаших мест, от чужой земли наступают дожди и холод
народ говорит: Хозяин! Где достать нам такого вина, что навсегда изгоняет страх?
Где взять нам такое мясо, что навсегда утоляет голод?
конец припасов к зиме одновременно – конец войне
незнакомые путники, встретившись в поле, садятся спиной к спине
собака голодной пастью беззвучно хватает снег в тишине
голодный всадник плетётся вдали на голодном, худом коне
для тела – главное дело заставить себя проснуться, очнуться, сесть
если, проснувшись утром, ты все ещё хочешь есть, то надежда есть
на самом рассвете
соседские дети
воруют мёрзлые яблоки в чьём-то пустом саду
а после
хилые конные люди бьют их за это плетями на всём ходу
и только невесте на этом фоне снятся счастливые сны
правда, отец говорит, что какая тут свадьба? тут бы дожить до весны!
ведь даже простой человек не может жевать всё время кору с сосны
а теперь – всё равно: что мужик, что князь – не имеют своей казны
вот вчера с дороги явился какой-то старый, хромой солдат
он утверждает, что раньше жил у него здесь покойный брат
то, что он говорит, хорошо для женщин – про дальнюю жизнь, про калек, про чужих людей
(те приходят домой, а мужья уверяют – враньё, что, хотя и старик,
а лицом он, как есть, злодей)
так солдат утверждает, что голод – везде, как холера, хоть стой, хоть ляг
и что лучше теперь тому, кто в пути, кто в море: кто, там, капитан, моряк
их полные груза, крепкие корабли уходят с ветром из наших мест
туда, где земля на ощупь, как сыр и масло, где в небе сверкает Крест
и не лучше ли стать матросом, гребцом за одну еду, и уплыть на юг?
есть достаточно точные сведенья – там в декабре жара, и пришелец, как лучший друг
там гостям наливают вина, и моют им ноги в теплой морской воде
ну, а фрукты родятся дважды, и соль как песок, её продают везде
решено – невеста тайком собирает вещи, вшивает в полу пятак
отец всё никак не заснёт, вспоминает баранью ногу, что как-то едал зимой
вчера он при всех на совете сказал, что жених его девки – совсем дурак
поскольку ушёл за товаром в четверг с утра и ещё не пришёл домой
вот её жених – молодой и длинный, ему приблизительно двадцать лет
вышел из дома засветло, чтобы купить муки, и больше его здесь нет
ведь теперь на любого, кто ходит с деньгами, найдётся искатель удачи,
то-есть – лихой человек
так что
раздетое тело сутулого парня четвёртый день засыпает снег
скоро невеста узнает о смерти не ставшего мужем и будет стоять в окне
как картина беззвучно, прижавшись холодным плечом к стене
тяжелее всего потерять не то, что имеешь, но то, что ты мог иметь
и девица, расплющив лицо по стеклу, различает в метели смерть
вот ей кажется – он с собакой идёт из сарая, заходит босой во двор
только бы батя его не увидел, решит, что забрался какой-то вор
наши люди не любят мёртвых, даже если и близкие, если они – родня
а жених сквозь стекло говорит: родная, ты что у окна? ты, видно, ждала меня?
а она говорит: ох, где ты, лучшая жизнь? где вы, дни, для которых
приходит на свет душа?
где ты,
бесконечное лето,
сады, где сердце бьётся в каждом листе, в стволе?
где ты, такая любовь, и такая верность, которой не в силах ничто мешать?
где тот Государь, чтобы мог успокоить всякого на земле?
ну, а он говорит: есть на свете особый Царь, такой Государь, безусловно, есть
в руке у Него – и Восток и Запад, и кони и львы (у львов золотая шерсть)
а в ладонях его – миллион городов; враг бессилен в пределах Его страны
и даже рождественский торг по сравнению с этим – дурные сны
а она говорит: я ждала, и уже собралась, мы уходим (вот только возьму поесть)
говорят, есть такие места, где попросишь один или два, а в ответ получаешь шесть
есть места, где повсюду – святые дни; и в горах, и в лесах, и среди дворов
там в бескрайних полях счастливые люди гоняют своих коров
так она поднимает руки, запускает пальцы в сто тысяч своих волос
сквозь любимого за окном пролетает снег, пробегает соседский пёс
за стеной отец надевает сапог, в этот час он всегда поднимается по нужде
на секунду невеста смотрит на дверь,
возвращает взгляд,
и больше не видит его нигде
растворяясь во тьме, жених говорит
вот дальнее море, полное серых волн
вот лёд на песке,
вот тысячи гор воды набегают на мокрый мол
вот дикие крики чаек, и дождь,
вот чужая земля, и на сердце у путника – грусть и страх
но матросы поют про ангелов в синем небе,
про то
как весело в Небесах